Советуем посетить

Сейчас Online

Всего на сайте:
  • 1 гость

Яндекс цитирования
Вы находитесь здесь:Любовные романы»Исторические любовные романы»Запретные желания

Запретные желания

Запретные желания Запретные желания Запретные желания

Граф Джайлз Кардросс- богатый и знатный человек- женился на бесприданнице из почтенной- но безнадежно запутавшейся в долгах семьи. Элен Ирвин выходит замуж в надежде- что сумеет тайком от мужа помогать своему беспутному брату Дайзарту.

Случайный отрывок из книги :

Это было сказано еще более приветливым тоном, но краска мигом сбежала с ее щек. Они побелели так же резко, как только что покраснели. Конечно, у нее были кое-какие оплаченные счета, но никто лучше нее не знал, что вся эта сумма – хотя дочери обедневшего пэра она и могла казаться огромной – не составляла и половины того щедрого содержания, которое ежеквартально выплачивалось ее банкирам. Поэтому теперь в любой момент милорд мог задать вопрос, которого она боялась больше всего на свете и в ответ на который не посмела бы сказать правду.

Так и случилось.

– Три месяца назад, Нелл, – проговорил граф размеренным голосом, – я строжайше запретил вам оплачивать долги своего брата. Вы обещали мне, что не будете этого делать. Но вы все-таки это сделали?

Она отрицательно покачала головой. Ужасно лгать ему, но что еще можно сделать, когда он смотрит так сурово и не проявляет ни малейшего сочувствия к бедному Дайзарту? Ведь стесненные обстоятельства, в которых постоянно пребывает Дайзарт, – результат его несчастливой судьбы; похоже, Кардросс не понимает, насколько несправедливо обвинять Дайзарта в том, что он не в состоянии бросить игру в карты и на скачках. Эта Роковая Страсть, говорила, покоряясь судьбе, матушка, у них в роду: дедушка умер, не выдержав бремени нависших над ним долгов; отец, в своем похвальном стремлении восстановить богатство семьи, еще безнадежнее перезакладывал свои поместья. Вот почему отец был так счастлив, когда Кардросс попросил ее руки. Ведь Кардросс был не только родовит, но и богат, а отцу к тому времени уже пришлось столкнуться с ужасной необходимостью выдать свою старшую дочь за того, кто предложит больше, даже если (ужасная мысль!) тот окажется всего-навсего богатым купцом, который не прочь приобщиться к высшему сословию. Он пошел на этот шаг под давлением обстоятельств и был вознагражден: в ее первый же светский сезон – она всего месяц как начала выезжать – Кардросс не только заметил леди Элен Ирвин, но и, по всей видимости, решил, что она и есть та самая невеста, которой он так долго дожидался. Лорду Певенси и не мечталось о такой удаче. Разумеется, можно было предполагать, что Кардросс, которому было за тридцать и который не имел близких родственников и возможных наследников, кроме кузенов, подумывает о весьма скорой женитьбе; но положение его было таково, что он мог свободно выбирать из всех юных девиц, которых матушки усердно представляли в Королевских Гостиных, а потом вывозили напоказ в бальную залу Олмака и на все модные празднества. Кроме того, судя по внешности и стилю дамы, известной всем как его любовница, он предпочитал женщин много старше и более опытных, чем девочка со школьной скамьи. Отец никогда даже не мог подумать, что маленькая Нелл сослужит семье такую службу. В конце концов ее успех и великодушие Кардросса оказались для него слишком велики: едва он отвел свое дитя к алтарю, как с ним случился удар. Врачи уверяли его жену, что он будет жить еще много лет, но болезнь сделала его таким немощным, что он вынужден был оставить обычные занятия и удалиться в дом своих предков в Девоншире, где, по твердому, хотя и не высказанному вслух убеждению его жены и зятя, должен был пребывать и впредь.

Нелл не знала, чем, собственно, Кардросс заслужил такую благодарность ее родителей. Все это называлось туманным словом «договоренности», и ей не полагалось забивать этим свою хорошенькую головку; от нее лишь требовалось всегда вести себя достойно и благоразумно. Матушка, заявляя о своей глубокой благодарности, совершенно определенно объяснила ей, что именно должно подразумеваться под ее долгом: всегда представать перед милордом с приветливым лицом и никогда не ставить его в неловкое положение, задавая ему вопросы дурного тона или показывая ему свою осведомленность о возникшей у него (что возможно) связи за пределами стен его роскошного дома на Гросвенор-сквер.

– В одном я уверена до конца, – говорила матушка, нежно поглаживая руку Нелл, – в том, что он будет относиться к тебе с величайшей предупредительностью! А манеры его так безукоризненны, что я уверена: тебе никогда не придется жаловаться на пренебрежение с его стороны или… или на равнодушную вежливость, которая является уделом столь многих женщин в твоем положении. Уверяю тебя, моя милая, нет ничего мучительнее, чем быть замужем за человеком, который не скрывает, что его интерес лежит вне дома.

Матушка знала, о чем говорила, ибо именно такой была ее собственная судьба. Но о чем матушка не знала и о чем никто не должен был даже догадываться – это то, что столь заботливо наставляемая дочь без памяти влюбилась в милорда при первой же встрече, когда леди Джерси, одна из патронесс Олмака, подвела его к ней через весь зал, чтобы представить, а она, взглянув на него, увидела, что он улыбается ей. Нет, матушка даже не подозревала об этом. Матушка была способна на нежные чувства, но и она знала, что замужество и любовь – совершенно разные вещи. Она сама признавалась, что больше всего на свете боялась, что Нелл придется выйти замуж за человека, который не будет ей нравиться, но она была абсолютно уверена, что такой очаровательный и красивый джентльмен, как Кардросс, должен Нелл обязательно понравиться. И более того, нет сомнения, что он намерен относиться к своей жене более чем внимательно. Он ведь сам пожелал, чтобы леди Джерси представила его ей на том памятном балу; а то, что он впоследствии говорил отцу, прося руки Нелл, и вовсе успокоило материнские тревоги. Выйдя за него замуж, Нелл будет окружена только вниманием и предупредительностью.

Нелл, потерявшая голову от любви, не верила в то, что Кардросс мог попросить ее руки лишь потому, что она хороша собой, знатна и, возможно, приятна ему более, чем кто-либо из других молодых девиц, мелькавших перед его придирчивым взглядом; но матушка оказалась права. Когда Нелл познакомилась со сводной сестрой и подопечной милорда – веселой юной брюнеткой, которая еще не выезжала, но надеялась, что золовка вывезет ее в свет, – эта неукротимая девица, радостно обнимая ее, воскликнула:

– О, какая ты красивая! Куда лучше любовницы Джайлза! Как здорово, если ты ей дашь от ворот поворот!

Это было ужасным ударом, но Нелл не выдала себя, что принесло ей хоть и слабое, но все-таки утешение; и она благодарила судьбу, что узнала правду прежде, чем успела показаться смешной, выставив перед светом свои чувства или утомив и наскучив милорду своей чрезмерной преданностью, что, как она узнала уже в свой первый сезон, считалось совершенно немодным. Что же касалось того, чтобы дать от ворот поворот леди Орсетт – а ей не понадобилось много времени, чтобы выяснить имя любовницы милорда, – то это стремление, как и ее прежние мечты, относилось, скорее всего, к области фантазии и уж конечно казалось совершенно нереальным сегодня, когда милорд требовал от нее отчитаться за свои долги.

– Скажите мне правду, Нелл!

Его голос, мягкий, но с отчетливыми повелительными нотками, отвлек ее от торопливых и путаных мыслей. Но ему же нельзя сказать правду, ибо даже если он и простит ее за непослушание, он вряд ли простит Дайзарта, для которого, как он считал, не может быть никаких оправданий. А если он теперь откажется вызволить Дайзарта из всех его неприятностей и не позволит делать этого и ей тоже, что станет с Даем и в конечном итоге с бедным папой? Не так давно он довольно мрачным тоном заметил, что лучше всего было бы купить Дайзарту военную форму и отправить его в Индию, в армию лорда Веллингтона; вполне возможно, что именно это он и сделал бы, узнай он о новой беде Дайзарта. К тому же не было сомнений, что Дайзарт ухватился бы за это предложение, потому что у него всегда была склонность к военной карьере. Но отец, младший сын которого был еще школьником и учился в Харроу[1], отказывался даже говорить об этом, а с матушкой, при одной только мысли о том, что ее обожаемый первенец подвергнет себя опасностям и лишениям военной кампании, случались нервные приступы.

Нет, о том, чтобы сказать правду, не может быть и речи; но как объяснить трату трехсот фунтов, не имея ни одного счета для подтверждения расходов? Дочери лорда Певенси не было надобности долго ломать себе голову над этим вопросом: вряд ли кому-либо лучше, чем членам семьи Ирвинов, было известно, куда могут бесследно исчезать деньги.

– Это не Дайзарт! – быстро проговорила она, – Боюсь, что это я! – Она увидела, как он переменился в лице, взгляд стал настороженным, у рта пролегли твердые линии, и ей внезапно стало страшно. – Прошу вас, не сердитесь! – едва дыша, попросила она. – Обещаю, что это больше не повторится!

– Уж не хотите ли вы сказать, что проиграли их?

Она снова опустила голову. Помолчав, он сказал:

– Мне, наверное, следовало бы знать, что это и у вас в крови.

– Нет, нет, ничего подобного! – воскликнула она со страстной искренностью. – Но мне показалось таким глупым и старомодным не играть, когда все играют, а потом я проиграла и подумала, что, может быть, фортуна переменится, но этого не случилось, и…

– Можете не продолжать! – сказал он. – Еще не было на свете игрока, который не думал бы, что фортуна должна перемениться! – Он, хмурясь, посмотрел на нее и добавил ровным голосом: – Нелл, мне очень не хотелось бы принимать меры, которые лишили бы вас возможности играть во что-либо, кроме «серебряной мушки» или пульки, но я вынужден предупредить вас: я не допущу, чтобы моя жена стала фараонщицей[2].

– Я не очень понимаю, что это такое, – наивно сказала она, – но я обещаю, что это больше не повторится, так что умоляю, не делайте ничего ужасного!

Все материалы, книги, новости, статьи и поздравления взяты из свободных источников в интернете или добавлены нашими пользователями. Если вы считаете, что тот или иной материал ущемляет ваши авторские права - свяжитесь с администрацией сайта. По требованию автора статья может быть удалена или добавлена ссылка на первоисточник.

Поздравления по именам